Познер описывает своё


Познер описывает своё кимоно: на изнанке есть прекрасная вышивка, о которой никто не узнает, кроме носителя. Японцы всегда помнят о красоте, но не выставляют её напоказ.

Прошёл был номинирован на Лучший нарратив и Лучший звук. Как я нуждался в последней награде!
Я грезил, как поднимаюсь на сцену, а в зале только близкие люди. Все, кого я любил. Живые и мертвые.
Я говорю им: Как же долго я ждал этой речи… Я здесь, чтобы обнять вас единственным верным способом голосом. Тем, что надёжнее рук и не страшится времени.
Мой любимый герой пожилой Феллини на вручении Оскара за заслуги. Со слезами на глазах он обращается к Джульетте, единственной жене, и за всё благодарит.
Было нестрашно проиграть, пока нас не объявили. Я наспех молился: Пусть будет воля Твоя… За одним столом с плечом к плечу с полумифическим Дыбовским. Моей человеческой половине безумно хотелось выиграть. Моя душевная понимала, что ещё не время.
Прости, брат. Не сегодня, говорит Альфина, сжимая в руках награду.
Мы проиграли. Обидно, но я быстро успокаиваюсь, согретый теплом её радости, передающимся по воздуху. Возбужденная, искренняя, счастливая, Альфина перебирает руками коробку с приставкой. Глазами коллег. Словно не веря, что у мига счастья есть форма. Но тут же повторяя её мелкой моторикой, как слепой часовщик. Собирая её россыпи, запоминая момент наощупь.
Гран-при. Разработчики легендарного Мора на сцене. Девушка-продюсер обращается к команде:
Это были сложные четыре года. Но мы всё выдержали и стали семьей. Я вас всех люблю и никогда не забуду.
Дыбовский тихо улыбается, обнимает и нежно проводит костлявой рукой по её плечу. Опухший, болезный. Плохо ходящий. На этой неделе у них релиз.
Я иду к выходу, но меня останавливают:
Не могли бы вы, пожалуйста, подписать?
Мне протягивают книгу Кровь, пот и пиксели, переведённую Альфиной.
Извините, но автор не я.
Я знаю. Меня зацепил ваш доклад Игра, которая убивает, говорит красивая девушка и улыбается.
Я пишу какую-то глупость в рифму. И потом, опомнившись: Будьте счастливы. Как будто быть счастливым простое движение.
Тут же возникает молодой человек, тоже впечатленный докладом:
Знаете, я весь день думал о том, что вы сказали. Вы ведь так долго делали свои игры. Мне кажется, убивают не они, а время.
Я замолкаю и обнимаю его (напрягается). Слова поддержки приходят к нам из самых неожиданных источников. Никогда не угадаешь, какие попадут в тебя, как пчела в янтарь.
Убегая с официальной вечеринки, ныряю в ночное такси с интеллектуалом Арвидасом, и он раскрывается:
Мне кажется, твой образ мышления противоположен рацио.
Нет, я просто стою напротив текущей жизни и отражаю. Мы говорим о значении песни All along the Watchtower для культуры, пока знакомый инди не отрывает меня от земли, крепко обхватив:
Вот так я схватил жену, когда она уезжала к другому. Просто встал у входа в вокзал и держал, пока поезд не уйдёт, а она месила меня по лицу, отбивала ноги и яйца… Теперь четыре года в счастливом браке.
Да оставь ты его в покое! включается другой в беседу, Хотите узнать, как я пришёл в геймдев? Я родился в Норильске. Ходил там в компьютерный клуб играть в Golden Axe. Крутая была игрушка. И вот я сижу, значит, играю, и тут заходит какой-то бородач, открывает батник игры в хексе, правит пару байтов, и я уже мелкий злодей, а не главный герой. Я спрашиваю у владелицы: кто этот бог, повелевающий игрой?
И она отвечает гордо:
Это наш Программист.

Внутри битком. создатель Индикатора, угощает разработчиков. Каждый высказывается, пока какая-то пьяная блондинка не выхватывает микрофон:
А чо, кто вы такие, программисты, что ли?
Отдай микрофон.
Зачем? У вас же нет жизни.
Я живу полной жизнью: пишу музыку, рисую мультфильмы, тусуюсь с друзьями.
Но вы же все время в компах сидите…
В них мы создаём новые миры.
И ролики монтировать можете?
Легко.
Ой. Ничего себе! Я хочу блогером стать. Смонтируете мне ролик?

Разочарованный в закрытом Джонатане Блоу (извините, не фотографируюсь, автографы не подписываю), я нахожу отдушину в родных инди.
Гимельрейх жестикулирует в ночи:
Понимаешь, Кирилл, я этот этап проходил, но нужно выходить за рамки, нужна энергия, чтобы продвигать искусство игр в массы. А хотя, я пьян, не слушай. Поеду.

На втором этаже встречаю его уставшую коллегу:
Где Сергей?
Домой уехал.
Без меня?! Скотина. Скотина. Скотина…

Когда-нибудь мы вернёмся домой, в свой компьютерный клуб девяностых, изменим два байта жизни и снова станем героями.
Ведь все мы прекрасная вышивка на изнанке геймдева. Наверное, помнить о ней самая большая награда.